Всё по закону

| 0 |

1

Это был обычный сентябрьский день. Солнышко светило ярко, хоть и не жарило, как это было ещё совсем недавно. На небосклоне не было ни облачка, будто безгранично синее небо растворило их в себе. Машины всё так же сновали по проспектам, а пешеходы - по тротуарам. Городок жил своей обычной жизнью.

Где-то в полдень на перекрёстке центральной улицы и улицы Ручейной произошло с первого взгляда странное событие. Но череда событий, которую вызвал этот инцидент, перевернула жизнь всех граждан. Перевернула навсегда. Бесповоротно. А началось всё довольно забавно.

Светофоры, венчавшие перекрёсток, работали слаженно и бесперебойно, контролируя поток машин во все направления. Пешеходы пересекали улицы по «зебрам» и всё было так же, как и в любой другой день. Парочка молодых – ему 23, а ей несомненно 18 – переходили Ручейную, чтобы продолжить свою прогулку по центральному проспекту. Перед ними шёл подросток лет четырнадцати. Ничего особенного – обычная причёска, футболка, шорты и сандалии. За спиной у мальчика висел рюкзак, а из ушей свисали провода наушников.

Когда к концу перехода оставались считанные шаги, светофор замигал и показал красный свет. Машины, стоявшие на проспекте и «моргавшие» вправо, начали трогаться одна за одной, получив свет зелёный. Парочка прибавила шагу, а вот парень впереди остановился, как вкопанный – в нескольких шагах от бордюра, посреди «зебры». Пробежав мимо, молодой человек обернулся и хотел сказать что-нибудь шутливое, но гримаса подростка мгновенно поменяла планы парня. Они уже были на другой стороне, когда машины, сигналя, объезжали парнишку, а тот всё стоял.

Его лицо было абсолютно бесстрастным. Глаза – стеклянные. Складывалось такое впечатление, что мальчик стал восковой фигурой. Он застыл на проезжей части и продолжал стоять, несмотря на крики, сигналы и даже на подзатыльник, который отвесил ему проезжающий мимо пассажир легковушки.

Парень с девушкой, недолго думая, достали свои смартфоны и принялись снимать видео и фотографировать паренька. Казалось, никому нет дела до того, как себя чувствует подросток. Он просто стоял, словно робот, и никак не реагировал на происходящее. Когда включился зелёный свет, он «ожил» и как ни в чём не бывало, пошёл дальше, удивлённо косясь на парочку, которая снимала его на видео.

– Ну, ты даёшь, паря. Ты не наркоман случайно? – продолжая съёмку, спросил молодой человек.

Подросток смущённо ответил:

– Нет.

2

Инцидент, казалось бы, на этом был исчерпан, если бы не видео, которое парень выложил в Интернет. Эту тему быстро подхватили местные и даже областные новостные сайты. Очень скоро видео набрало тысячи просмотров, а в комментариях к нему автор видео насчитал восемнадцать сообщений с утверждением, что точно такое же видели в других городах. Один даже написал в подробностях:

В тот же день я лично видел такую же ситуацию. Школьница, переходившая на пешеходном переходе улицу Калинина, «вкопалась» на месте уже почти на самом тротуаре. Ей оставался примерно один шаг, но она тупо стояла как восковая фигура. Только ветер трепал её волосы. Видео я не снимал, но очень похоже на вашу ситуацию.

После того, такие случаи стали называть «восковыми фигурами» или просто «фигурами». Одна газетёнка даже провела своё расследование, где насчитала около двадцати подтверждённых случаев по всей стране. Но в виду её явной «желтизны» и неимоверных версий, это расследование не приобрело популярности. Словом, поговорили и забыли. Всё, что было общим для всех двадцати случаев, можно выделить всего в несколько пунктов:

  • «восковыми фигурами» стали подростки четырнадцати лет
  • все они «прогуливали» школу – кто удрал с последних уроков, а кто и вовсе на них не был
  • полная обездвиженность и отсутствие любой реакции на происходящее вокруг
  • они остановились на проезжей части в тот момент, когда загорелся красный, и пошли дальше, когда включился зелёный

Скорее всего, ажиотаж спал после того, как в интернете стало массированно распространяться мнение о том, что это был некий флеш-моб, устроенный школьниками для того, чтобы привлечь внимание к нарушениям правил дорожного движения.

Но человек в костюме без галстука, конечно же понимал, что это никакой не флеш-моб. И случаев было не около двадцати, а всего тринадцать. С этим он и направился в городок, где молодой человек снимал видео с «фигурой». То есть туда, где произошёл первый случай, произошедший со школьником. Таксист остановился недалеко от перекрёстка центральной улицы и Ручейной, а человек без галстука, выбравшись из неудобной и немолодой «десятки», уже был снабжён кое-какой информацией.

Опыт показывал Костюму, что в лучшем случае половина из того, что рассказывают о чём-то конкретном таксисты, является правдой. Всё остальное – ложь, догадки, украшательства. С этим «шефом» ему повезло больше. Сам таксист был одних годов с Костюмом и не любил трепаться, дежурно отвечая на будничные вопросы. А когда тема зашла о мальчике, оценил взглядом пассажира, повернувшись к заднему сиденью, и, обернувшись обратно, достал пачку сигарет.

– Пожалуйста, не курите в авто, пока я ещё здесь, – попросил Костюм.

– Добро. Да, вот как раз возле «Жюля Верна» это и произошло. В смысле, недалеко от того места. На перекрёстке. Самое интересное, что этому малому ни выговора, ни наказания никакого.

– А Вы откуда знаете? – спросил Костюм.

– Я-то знаю, – многозначительно произнёс он и глянул в зеркало заднего обзора. – Короче, мистика, не иначе. Или гипноз. Мне вот папаша один рассказывал, ну, сын, которого в той школе учится, – так там, говорит, психолог с детьми работает и эксперименты проводит какие-то.

– Что, вот впрямь со всеми детьми? – улыбнулся Костюм?

– Нет, не со всеми. С выпускниками девятых и одиннадцатых классов.

– Ну, это для нас с Вами дико, в наши-то годы. А в современных школах психологи практикуют разное. И с буйными общаются, и с застенчивыми. Тесты на интеллектуальность проводят. Думаю, это нормальные «эксперименты». Я вот где-то читал, что некоторые выпускники просто не готовы жить отдельно от родителей, в других городах. Им по первых парах очень сложно отвыкнуть от мамкиной юбки и от папкиного нагоняя.

Таксист приоткрыл окошко и харкнул на асфальт, высказав своё отношение всему Западному миру, откуда пришли все эти психологи с их экспериментами, а заодно и его пассажиру. Видать, столичный «кент» какой-то, этот чудак в костюме. «Надо бы за проезд повыше взять», – подумалось ему. Когда они были на месте, Костюм расплатился, не торгуясь и поблагодарил за поездку. Радостный таксист дал ему свою визитку с личным номером в надежде свозить такого «лоха» ещё куда-нибудь. Но для Костюма деньги не имели значение. Его ценностями были связи и информация. Но в таком унылом и провинциальном городке связей у него не было совсем. А точнее, не только в этом, а в четырёх из тринадцати нужных ему.

3

Того подростка с рюкзаком за плечами звали Вася. Его и так не обделяли вниманием одноклассники, учителя и родители, но после того случая стало как-то совсем неуютно. Мало того, что все соседи и старшеклассники постоянно спрашивали о причинах его поведения, так ещё и какая-то журналистка из местной газетёнки названивала его маме с просьбой взять интервью у её сына. Но мать, понимая отчаянное состояние своего сына постоянно отказывала, ссылаясь сначала на то, что ему некогда, потом, что у него и так тошнит от всех этих разговоров, а потом и вовсе послала любопытную мадам с прокуренным голосом куда подальше. Вася некоторое время даже не ходил в школу.

В городке только и говорили, что происходит какой-то заговор. Версии были самыми разными. Некоторые граждане даже устроили митинг против вышки мобильной связи недалеко от школы, где учился Вася. В общем, шумиха была огромной. Но никто толком не мог понять, – что же всё-таки произошло.

Но вскоре всё более или менее улеглось. Для этого понадобилась всего-то чуть больше недели. Соседи перестали приносить апельсины, будто больному в палату, друзья перестали спрашивать, как он себя чувствует, а старшеклассники перестали тыкать в него пальцем. В общем, Вася попытался вернуться в нормальную жизнь. А родители, беспокоясь о состоянии сына, попытались украсить его существование новеньким планшетом, правда, строго-настрого запретив носить его в школу.

Вася не был умным парнем и его мало интересовали выпускные экзамены, которые должны были оценить его знания будущим летом. Но Вася и не был хулиганом, хотя и пил и курил, когда это мог себе позволить. Сугубо говоря, Василий был обычным, среднестатистическим школьником выпускного девятого класса. Почему это случилось именно с ним – он, конечно же, задавал себе этот вопрос, но ответа на него долго не искал. Да и вообще, через три недели после случившегося, после того, как он стал забывать о разговоре с одним писателем, ему это казалось каким-то сном и с трудом верилось в происшедшее.

* * *

Как это и случается в небольшом городке, об этом, конечно же, не забыли полностью, – просто перестали упоминать в разговорах. Суеверные жители хоть и понимали, что здесь замешана какая-то чертовщина, но наговорились уже вдоволь, придумали самые разнообразные детали и иссякли. Поэтому Костюм приехал как раз вовремя. После того, как он посетил место происшествия, логично было бы поговорить с Васей, но не имеющий галстука незнакомец не спешил.

Поселившись в отеле на 7 дней, он принялся изучать город. Однажды, сидя в кафе, Костюм за чашкой кофе непринуждённо завёл беседу с девушкой-барменом.

– Слышал, тут какую-то небылицу рассказывают, – бросил он, не отводя взгляда от чашки, будто разговаривал с кофе, а не с девушкой.

– В смысле? О чём? Какая небылица? – то ли не поняла, то ли притворилась барменша.

– Да тут же, на углу Речной и Ленина.

– А, вы о том школьнике? – уточнила девушка, наливая фильтрованную воду в обычный электрочайник. – Ещё будете кофе?

– Нет, спасибо. Так что там произошло?

– Так в интернете видео гляньте.

– Девушка. Какой интернет? Мне пятьдесят восемь лет, – притворился невежей Костюм. – Я с мобильным телефоном с трудом общий язык нахожу…

– Ну, знаете, много чего рассказывают. Это же перекрёсток. Вот и говорят, что мимо пацана сначала шла бабка, а потом эти, которые снимали. И выбросила бабка на перекрёстке какую-то вещь.

Костюм улыбнулся. Он понимал, что много услышит домыслов и откровенной чуши, но, чтобы вот так… С трудом удерживая смех, он уточнил:

– И будто бы после этого школьник остановился?

– Ну, да. Ещё говорят, что школьник не просто прогуливал уроки, а был под наркотиком.

– Это больше похоже на истину. И часто у вас такое случается?

– А чего это Вы интересуетесь? Милиция что ли, или журналист очередной?

– Боже упаси, любезная. Я – писатель. И моя стихия – это мистика и всякое непознанное. Вы читаете книги?

– Ага, сейчас. Делать мне больше нечего! – фыркнула барменша и, демонстративно отвернулась, занявшись какими совершенно пустяковыми делами.

– Жаль, – допив кофе, поднялся со стула Костюм и положил на стойку чаевые. – Так значит, не часто?

– Я такого никогда не видела до этого и не слышала даже, – бросила девушка-бармен, забирая далеко не скупые чаевые.

4

Ненавязчиво поспрашивав ещё нескольких людей, стараясь не задавать лишних вопросов и не вызывать подозрений, «писатель» подвёл итог. Без сомнения, городок был богатым на сплетни, домыслы, враньё и был настолько дремучим, что Костюм решительно отверг все теории вокруг школьника. Единственное, что он мог предполагать, – так это то, о чём он думал, когда сюда собирался: наркотики.

Нынешняя молодёжь соревнуется между собой в том, кто раньше закурит, будет пить, попробует секс и наркотики. Поэтому вариант с «колёсами» бы вполне приемлем. Но Костюм прекрасно понимал, что не только в его светлую, хоть и немолодую голову, могло прийти такое предположение. Скорее всего, паренька проверили на алкоголь и наркотики. А если нет, то это ещё раз подтверждает недалёкость или наплевательство местных властей.

Оставался только вариант беседы с Васей. Только он мог пролить свет на то, что с ним произошло. «Писатель» стал всерьёз обдумывать эту тему, сидя у себя в номере. Он открыл худенькую папку, где сверху бумаг лежала фотография мальчика по имени Вася, сделанная из видео, которое снимала парочка на перекрёстке. Качество оставляло желать лучшего, но другого снимка у него не было. Но даже эта фотография напоминала ему кое-что. Особенно этот совершенно пустой, кукольный взгляд.

В пятницу Костюм после обеда пошёл в скверик, который располагался возле Васиной школы. После уроков дети шли в основном, сюда. А тем более, в пятницу. Костюм знал, где старшеклассники прячутся, чтобы покурить, и только прозвенел звонок, он сложил газету и, приподнявшись, направился к «секретному» месту, где люди попросту не ходили из-за высоких бурьянов и отхожего места у полуразрушенного здания. Дождавшись, когда компания из неумолкающих ребят приблизится, он опёрся о стену этого полуразрушенного строения и стал всматриваться в лица тех, кто шёл сюда.

– Добрый день, ребята.

Услышав его голос, кто-то отделился от компании, а основная масса школьников демонстративно подошла к нему. Среди них был и Вася.

– Чего тебе надо, дядя? – спросил один из них.

– Мне хотелось бы поговорить с Васей.

– Зачем? – спросил Вася.

– Присядем на лавочку? Я много времени не отберу, потом сможешь присоединиться к своим одноклассникам.

– Вы из милиции?

– Нет, что ты. Я со столицы приехал, хотел задать тебе несколько вопросов. Так что? Пойдём?

– Если Вы журналист, я буду говорить только в присутствии родителей.

– Ты видел пятидесяти восьми летнего журналиста? – улыбнулся странный мужчина.

Вася глянул на ребят и чисто из интереса последовал за Костюмом. Они подошли к лавочке, на которой сидел перед этим заезжий «писатель» и присели. Мужчина не ходил вокруг да около и задал вопрос сразу:

– Ты помнишь, что с тобой произошло, когда ты как вкопанный стал на дороге перед перекрёстком?

– А, Вы про это. Сколько же можно уже эту тему мусолить? Кому я только не рассказывал: и родителям, и милиции, и одноклассникам. Да всем, короче. Ничего я не помню. Шёл себе через перекрёсток, и бац! Очухался, когда уже начали собираться прохожие. А что произошло – вообще понятия не имею.

– А ты часто вместе с одноклассниками проводишь время у психолога? Не мог он тебя настроить?

– Да нет же. Может, раз в полгода. Он вообще у нас для красоты сидит. Ничего не делает.

– А, может, ты в тот день какие-то «колёса» глотал, ты же не зря школу прогуливал?

– Нет. Вот курю, бухаю, но наркота – это не моё. Прогуливал я потому что не готов был к урокам. А «двойки» зарабатывать не хотел.

– Хорошо.

– А кто Вы вообще? – насторожился Вася.

– Я, понимаешь ли, писатель. Николай Александрович меня зовут. Пишу разные задокументированные необъяснимые случаи. Ну, приукрашиваю, конечно. Денежку ведь тоже зарабатывать как-то надо.

– Так Вы обо мне хотите книгу написать?

Николай Александрович улыбнулся, глаза его блеснули, и он ответил:

– Ну, не книгу. Но рассказ – вполне. Слишком мало информации. Вася, а ты, может, заметил за день или два что-то такое, что выпадало бы из общего хода событий? У тебя же рутина, скука – в школу, со школы, уроки, компьютер, гульки.

Вася задумался. Перебрал в своей памяти всё, что с ним происходило за день до происшедшего, но ничего серьёзного вспомнить не мог.

– По голове меня не били, Сатану мы не вызывали. Не знаю. В школе тоже всё было как обычно. Ну, разве что прививки делали нам.

– Что за прививки?

– Николай…

– …Александрович, – помог ему Костюм.

– Николай Александрович, я как-то не силён в биологии и в этих всех болезнях. Бог его знает, от чего нам делали прививки. Но было немного больно – не люблю в вену уколы. А так, по-моему, ничего особенного не происходило в те пару дней до того, как я «втыкнул» на перекрёстке.

– Хорошо. Спасибо тебе, Вася. Можешь идти к своим друзьям.

Вася приподнялся и, передвигаясь спиной вперёд, сказал:

– Да не за что. Вы думаете, это прививки?

Николай Александрович скривился, будто съел лимон. Это означало крайнюю степень выражения недоверия. Вася улыбнулся, поняв намёк. Когда парень вернулся к своим одноклассникам и начал рассказывать про странного мужика в костюме без галстука, «писатель» ещё продолжал сидеть на скамье. Он уже приблизительно знал, в чём было дело. Теперь осталось самое малое: сходить в школьный медпункт. И если медсестра вызовет подозрения, то стоит покинуть городок и отправиться в следующее место назначения, где произошёл аналогичный случай. И тогда можно будет уже начинать делать отчёт.

5

Тот, кто называл себя Николаем Александровичем, незамедлительно отправился в школу и, представившись дядей одного из школьников из девятого класса, прошёл в медпункт. Ему повезло: медсестра как раз закрывала процедурную и собиралась идти домой. Сославшись на плохое самочувствие своего племянника, он спросил, какие прививки давали детям пару недель назад.

– Ну, знаете, такое мы не рассказываем кому ни попадя. А где Ваш племянник?

– Он дома, у него температура и покраснение в том месте, куда вы кололи.

– Это была обычная профилактическая прививка, больше я Вам ничего сказать не могу. Вот, когда он будет заканчивать школу, их листы с прививками будут у родителей на руках, там и увидите. Если ему плохо, обратитесь в больницу, в конце концов. Мы же здесь не доктора. А мне пора идти, извините.

Такое поведение нельзя было назвать ни дружелюбным, ни даже обычным – женщина явно что-то скрывала. Поэтому, «писатель» уже вечером того же дня отправился в областной центр, чтобы на следующий день навестить другую школу.

Другая медсестра была более сговорчивая, хотя и высказала свою озабоченность визитом «дяди». А всё из-за того, что в карман её халата опустились приятно шелестящие бумажечки с портретами неких президентов. Но всё, что мог узнать Костюм – это то, что школьникам укололи новейшую вакцину от гриппа, эпидемию которого Министерство здравоохранения ожидало этой зимой.

Вернувшись в отель и заперев двери, Николай Александрович достал из своего портфеля планшет и, пользуясь бесплатным интернетом, который предоставлял этот, с позволения сказать, отель, зашёл в анонимный видеочат, набрав нужную комбинацию имени своего собеседника.

– Алло, Роман Маркович?

– Да, Павел Максимович, я Вас внимательно слушаю.

– Приветствую.

– Взаимно.

– Могу сделать кое-какие выводы.

– Это хорошо.

– Детям вкололи так называемую прививку. Это очень похоже на «всё по закону».

– Ой ли? Разве это прививка?

– Ну, на заключённых были другие тесты. А здесь, по всей видимости, история другая. Итак, им вкололи «прививку», причём всем девятиклассникам в тринадцати городах.

– Шельмы. Это же всё-таки дети!

– Да. Механизм действия пока ещё не ведом. Но моё предположение, что прививочка дала сбой.

– Вы хотите сказать, что «восковые фигуры» остановились на светофорах из-за сбоя программы?

– Именно. По правилам дорожного движения, пешеходу нельзя переходить на красный. Поэтому они и остановились до наступления зелёного света.

– Вот только странно, почему с другими ребятами этого не произошло, а только с тринадцатью – по одному в каждом городе.

– Друг мой, значит, программу вкололи только этим тринадцати школьникам. Но это, конечно, занимательно. Дальше Вы знаете, что делать.

– Да, моя поездка продолжается до написания полного отчёта.

И связь была окончена.

Зак. 19 апреля 2015 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *